Автор Тема: Личный состав дотов, дзотов, береговых батарей  (Прочитано 64562 раз)

Оффлайн sva

  • Постоянный посетитель
  • Сообщений: 106
    • Просмотр профиля
    • Email


Мигненко Виктор Васильевич - участник обороны Севастополя, раненым был пленен 4 июля 42-го в районе Фиолента.

Памяти всех бойцов, защищавших Севастополь:
http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=352871
« Последнее редактирование: 03 Июль 2011, 01:19 от sva »

Оффлайн sva

  • Постоянный посетитель
  • Сообщений: 106
    • Просмотр профиля
    • Email

         Мигненко В.В., рассказывает:-     

     30 января 1942 года получил повестку на фронт. И вот он, 19-летний парнишка, уже солдат. Война бушевала по всей стране. 1 февраля прибыл в Армавир на семидневное  обучение в составе 520 дивизии. Затем отправили в Тамань. Был  связным в особом огнеметном взводе.
    30 января тысяча девятьсот сорок первого года вся семья провожала меня на  фронт. Мне было всего девятнадцать лет. С криком, со слезами обнимала меня мама. Собравшись с духом, она произнесла: « Сынок, как тяжело тебя отпускать, но надо! Кто же, если не ты, будет нас защищать?!» Так дали мне мешок с провизией, я сел на лошадь и поскакал в город…
     Меня направили в западную часть Керчи. 15 марта 1942 года мне исполнилось двадцать лет, помню, погода была ненастная: лил дождь, ветер с ног сбивал. Уже двадцать четвертого марта, когда мы наступали, я был ранен  ногу. После ранения меня доставили на большую землю, а тридцать первого марта в сочинский госпиталь, где я пролежал два месяца: апрель и май.    Я помню  один радостный день: приехала  концертная  бригада.  Машины поставили  кругом, и на середину поляны вышла красивая женщина – Любовь Орлова. Пожалуй, это был единственный радостный день за всю войну!
     В госпитале собирали добровольцев на оборону Севастополя. Я подумал:  нечего  здесь разлеживаться – надо Родину защищать! Прямо в Южной бухте начался бой. Немцы наступали, они пытались закрыть  проход на сушу, так что выход был один – море. Но все же нам удалось прорваться, мы сошли на берег , и  ожесточенный бой  продолжался...
         А в начале июня я был ранен в голову, чуть ниже правого виска. Осколок  до сих пор находится там.  Помню, как один солдат кричал мне, чтобы я направлялся к катеру, что там мне могут оказать помощь. Собрав все силы, я дополз до катера, а дальше ничего не помню – потерял сознание.
      Очнулся я  в Северной бухте, в тяжелом состоянии. Оттуда эвакуировали раненых на гидросамолете и небольшой подводной лодке. Эвакуировали только людей с серьезными ранами, так что я туда не попал.
       Затем меня, с  еще  незажившей раной, отправили в самое сердце Крыма, в район Балаклавы. Почти все время стояла невыносимая  сорокоградусная жара, воды не было. Двадцать девятого июня немцы пытались захватить Крым. 250 дней - с октября 1941 по июнь 1942  года - наши не подпускали немцев, а 29 июня враг начал мощно наступать. Меня ранило в левую грудь, там остался осколок, к тому же  еще и контузило, засыпало землей, я думал, что мне уже не выбраться!  Тогда я и оглох на левое ухо.     
  Из  ямы  меня  вытащил старый солдат и всё твердил , чтобы я не сдавался. Тридцатого июня немцы вместе с румынами захватили Севастополь, они брали русских в плен. Немцы согнали всех пленных на поляну, на которой не было не единого деревца, где можно было бы спрятаться от палящего солнца. Раненых оставили  мучительно умирать  на жаре. Я с ужасом вспоминаю, как одну ночь мой язык не поворачивался без воды, да еще и черви завелись в ране. Впереди меня ждали два мучительных года в плену…
         Находился я в укрытой зоне большого лагеря, откуда невозможно было сбежать, оттуда был один путь в вечность – смерть. Условия были не совместимые с жизнью. Каждый день умирало  несколько человек…
   Я знал немецкий язык и попросил охранника перевести меня в другую зону. Им было строго запрещено говорить с нами, пленными, но все же он сказал, что выйти отсюда можно только через рентген, то есть если обнаружат туберкулез: переведут в другую зону.
         Меня осмотрели через рентген. На снимке было четко видно, что на верхней части левого легкого было черное пятно – это был осколок, оставшийся после ранения. Окончательный приговор – операция. Врач оказался русским, он был просто предателем. Помню, как этот врач холодно сказал: « Если хочешь жить, то делай операцию, а если нет, то умирай» Тогда я вообще напрочь отказался от операции  (не  хотел иметь  дело с предателем), но фашисты насильно  сделали мне  укол, и я потерял сознание. Очнувшись,  узнал, что операцию провели  недоучившиеся  студенты, да еще сделали ее на здоровой правой стороне. Оказалось, что я был лишь « подопытным кроликом» для врагов, проводивших надо мной эксперименты. Но это было еще не последнее испытание, ниспосланное  мне судьбою!
         Затем меня отвезли в общую зону, в Симферополь, а оттуда - в город Николаев. На Перекопе немцы сделали остановку на перекур. Там они смилостивились и позволили  нам, пленным, набрать воды. Я лежал на полу в предсмертном состоянии, у меня был сильный жар: незажившие раны напоминали о себе. Но я еще осознавал все происходящее вокруг. На мне были  новые сапоги; тогда я подумал: зачем они мне теперь?! – и попросил товарища снять их с меня и отдать безвозмездно неподалеку стоявшим женщинам. Они дали буханку хлеба и большой огурец, но я не хотел  ни крошки, казалось, я умираю. Я сказал ребятам, чтобы ели сами. Меня отнесли в угол, где стояла параша, и положили в эту  вонючую сырую массу, а дальше я ничего не помню – потерял сознание.
         Очнулся я, почувствовав свежий воздух, доносившийся из открытых настежь дверей. Это была Германия. Привезли нас в лагерь  326-Оссталах в ноябре тысяча девятьсот сорок второго года. Меня перенесли туда. Жуткое было место!
Я выжил, вернулся домой, в свои родные степи. Работал. Но до сих пор помню весь тот ужас. Не дай Бог никому пережить подобное.»

Оффлайн chirlic

  • Посетитель
  • Сообщений: 4
    • Просмотр профиля
    • Email
Нет его и в подвижных батареях 724 и 725.

МВС огромное спасибо за Вашу помощь.В Севастополе,мне приносили книгу памяти Севастополя.Может кто знает откуда брали данные для этой книги.


Может кто-то ответить на мой вопрос?

Оффлайн santiks

  • Посетитель
  • Сообщений: 1
    • Просмотр профиля
    • Email
Это адреса сослуживцев Дзампаева, оставшихся  в живых (предоставлены Борисом Дзампаевым):

1.308001 г Белгород. ул.Карла Маркса д,20 Палык Павел Павлович. воен.комиссар 177 арт.дивизтона.

2.410002 г.Саратов ул.Комсоольская д.28\30 кв.63 Лопатников Михаил Антонович. воен.комиссар 2 батареи.

3.г.Пятигорск ул.Пушкина д.11 кв. Цибулин Григорий Иосифович. 2 батарея.

4.Волгоградская обл. г.Грязовец ул.Горького д.75 Тетерин Михаил Павлович 2 батарея.

5.123585 Москва ул.Тухачевского 24 кор.3 кв.7 Федин Иван Павлович БС-12.

6.Кировоградская обл. Новоукраинский р-он с.Родное ул.Толстого д.8 Хомутенко Алексей Акимович.

7. г.Балаклава Апатенко Николай Данилович БС-702 тел.3-94-16 (телефон, скорее всего, изменился.) (По словам Б.Дзампаева, Апатенко были переданы письма батарейцев, хранившиеся в семье)

Кто-то из них был юнгой на батарее.
Запросы по адресам отправлены.


Ув. SVA   В одном из Ваших сообщений упоминается Апатенко Николай Данилович ,который является моим дедом. Хотел бы узнать о периоде его жизни (если что то известно) во время ВОВ так как деда давно нет в живих , а о войне ничего никогда не говорил, знаю только что начинал службу на эсминце "Совершенный" в Севастополе. Был защитником Севастополя и освободителем, был ранен и находился дважды в плену.Благополучно вернулся с войны. Больше никакой  информации. Хотел бы по подробнее узнать о его участии во время ВОВ .Если конечно это возможно С ув.