Автор Тема: Лагерь для советских военнопленных "Красные казармы" (Брест, 1942-43)  (Прочитано 39657 раз)

Оффлайн Исследователь

  • Постоянный участник проекта
  • Сообщений: 4148
  • Незадолго до ДМБ-86-осень
    • E-mail
Желательно давать ссылку на первоисточник - в данном случае, на справочник "Лагеря советских военнопленных в Беларуси 1941 - 1944" (Минск, 2004), с указанием конкретной страницы, а не на сайты, где выкладывают отсканированные тексты той книги...
С уважением - К.Б.Стрельбицкий

Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail
Желательно давать ссылку на первоисточник - в данном случае, на справочник "Лагеря советских военнопленных в Беларуси 1941 - 1944" (Минск, 2004), с указанием конкретной страницы, а не на сайты, где выкладывают отсканированные тексты той книги...

В общем, как я понимаю, возражений насчет  времени функционирования лагеря в Красных казармах в Речице (с июля 1941) года больше нет?  Или у кого-то есть другое мнение?
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Adv1seR

  • Модератор
  • Постоянный участник проекта
  • Сообщений: 4623
    • E-mail
Желательно давать ссылку на первоисточник - в данном случае, на справочник "Лагеря советских военнопленных в Беларуси 1941 - 1944" (Минск, 2004), с указанием конкретной страницы, а не на сайты, где выкладывают отсканированные тексты той книги...

В общем, как я понимаю, возражений насчет  времени функционирования лагеря в Красных казармах в Речице (с июля 1941) года больше нет?  Или у кого-то есть другое мнение?

Насчет времени функционирования данного лагеря конкретно в Бресте всё стало ещё более запутанным. Единственное, что можно более-менее принять на основании приведенных данных - это номер данного лагеря, 314. Однако в качестве шталага или дулага он функционировал в Бресте - пока вопрос. Ошибок и неточностей в книге 2004г. хватает, но это обычное явление для подобных публикаций. Перед авторами стояла задача сделать общий обзор лагерей по БССР, а не по числам открытия-закрытия каждого конкретного лагеря. Это видно даже по перечню источников, которые они использовали в своей работе.
3 захода в НАРБ пока также четких ответов не принесли, хотя кое-что интересное накопать получилось...     

Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail
Выводом советских военнопленных занималось несколько комсомольских групп: Татьяны Новиковой, Надежды Бобковой, Веры Кравцовой и Вали Бубновой.
Дочери командиров 17-летние комсомолки В. Кравцова и В. Бубнова начали подпольную работу в ноябре 1941 г. С самого начала девушкам поручали вести политическую работу среди военнопленных, склонять их к уходу в партизанские отряды. Вера была общительной девушкой, прекрасным товарищем, уберегала членов своей группы от опасности.
Поздней осенью 1941 г. Вера Кравцова и Валя Бубнова за передачу махорки военнопленным были арестованы полицаями. В течение четырех часов девушек допрашивали. Они утверждали, что не знали о том, что контактировать с советскими военнопленными нельзя, обещали подобного больше не допускать. После ареста они стали осторожнее, соблюдали конспирацию. Устроились работать уборщицами в баню на железнодорожном вокзале станции Брест-Центральный.
Семья подпольщиц Кравцовых - мать Варвара Иосифовна и ее дочери - старшая Вера и младшая Надежда - жили по ул. К. Маркса. Недалеко от них по ул. Буденного жила Валя Бубнова. Несколько раз девушкам удавалось организовывать побеги военнопленных из лагеря. До августа 1942 г. их работой руководила Р.С. Радкевич. С одной из групп военнопленных встречалась Роза Степановна, другую инструктировал Г.К. Банников. Руководители побегов подтверждали готовность уйти в партизанский отряд. Военнопленным называли дату прибытия связного из отряда. Группу, примерно 15 человек, выводил на торфозавод Тельмы Иван Иванов, а дальше по маршруту деревни Закий - Антоново - Черняны уводили другие связные.
Всех военнопленных, готовившихся уйти к партизанам, комсомольцы снабжали оружием, боеприпасами и медикаментами. В начале лета 1943 г. Кравцова и Бубнова вывели из города 35 военнопленных. Вышли они по подземному подкопу из барака за территорию лагеря. Надзирателей из внутренней охраны барака организатор побега напоил водкой, которую ему вручили девушки. Через подземный проход протянули шнур. И когда с внешней стороны здания надзиратель уходил в сторону, один из пленных дергал, за веревку. В это время выходил на свободу очередной пленный. После этого небольшими группами связные переправляли спасенных в лес через реку Мухавец, в обход моста.
Последний побег военнопленных Кравцова и Бубнова осуществили в ночь с 5 на 6 июня 1943 г. Военнопленные находились в лагере, который располагался в двух казармах, недалеко от Северных ворот Брестской крепости. Из лагеря военнопленных десятками выводили под охраной в город на строительные работы. Они рыли траншеи, укладывали трубы, устанавливали телеграфные столбы, чинили печи (отопление везде было печное). Работали они во дворах улиц К. Маркса, Стахановской, Буденного. Много военнопленных трудилось на железной дороге.
Девушки изучали условия их работы, охрану. Когда полицейских рядом не было, они подходили к военнопленным, разговаривали, узнавали их настроения, приносили нехитрую еду, табак. Некоторым удавалось иногда заходить в квартиры девушек, чтобы поговорить без свидетелей. На квартире у Кравцовых были Т. Игнатов, Н. Шаповалов, П. Шибаев.
Девушки подготовили план побега. Им помогали Зоя Прохорова и Валентина Зенкина (Сачковская). Предполагалось переправить в партизанский отряд группу военнопленных из семнадцати человек. План выхода из города передала руководителю группы военнопленных Валя Зенкина в присутствии матери Веры Кравцовой, Варвары Иосифовны, которая также участвовала в обсуждении вопроса выхода военнопленных из города.
Погода была хорошая. Группа из семнадцати военнопленных благополучно вышла из лагеря: убрали часового, перерезали проволочные заграждения. Выходили по одному. Командовал операцией Тимофей Андреевич Игнатов. Немцы не сразу обнаружили побег. Десять человек своевременно переплыли Мухавец. И, выполняя все указания подпольщиков, дошли до партизанских отрядов имени Чернака и имени Фрунзе. В их числе были Н. Шаповалов, С. Возников, В. Сергеев, К. Чернов, И. Анкуров, Т. Костромовский.
Семь человек не успели своевременно переправиться через реку, заблудились во ржи. Начался рассвет. И 6 июня, в воскресенье, они замаскировались в парке (ныне парк имени Иконникова), недалеко от реки Мухавец. Пролежали там весь день. Петр Шибаев, знавший адрес квартиры подпольщицы Зои Соломоновны Прохоровой, пришел к ней. . Прохорова рано утром пришла к Кравцовым и сообщила, что ночью у нее был один из военнопленных. Она впустила его в сарай, накормила. Он просил пригласить к нему Веру или Валю. Вера Кравцова растерялась: такой исход планом не предусматривался. Посоветовались и решили сообщить об этом Г. Банникову. К Григорию пошла Варвара Иосифовна, но он не знал, чем можно помочь.
Снова дома держали совет. Решили военнопленного переодеть, переправить в безопасное место и вывести из города. Так и сделали, и вечером 7 июня Валя Бубнова, Зоя Соломоновна и Вера проводили спасенного военнопленного. Шли по ул. Ленина до реки Мухавец. Там их ожидала лодка (об этом подпольщицы позаботились заранее). Военнопленный танкист и Валя сели в лодку, Вера и Зоя Соломоновна вернулись домой.
Остальные шестеро военнопленных переплыли Мухавец в ночь с 6 на 7 июня. Голодные и уставшие, они решили отдохнуть. Залегли в кустах недалеко от Южного городка. Там их и обнаружили фашисты. Обыскали, нашли план побега и записку Вали Бубновой к партизанам.
Вечером 7 июня к Кравцовым пришла женщина, работавшая в немецкой лагерной столовой, и сообщила, что фашисты схватили шестерых беглецов из лагеря и что при них были план и записка за подписью «Валя».
8 июня в 7 часов утра Вера Кравцова пришла с работы с девочкой-подростком и узнала о случившемся. В 7 часов 30 минут вышла ее проводить. По дороге была арестована и увезена в СД. Вера просила знакомую не говорить матери об аресте, но та не выдержала и в одиннадцатом часу дня пришла к Варваре Иосифовне и рассказала об этом. Мать растерялась, не знала, что предпринять, чтобы спасти дочь.
Вскоре в квартиру ворвались два фашиста из СД. «Вы мать Кравцовой?» - выкрикнули еще с порога. «Да», - ответила Варвара Иосифовна. «Если скажете, где Валя, то отпустим вашу дочь», - услышала она. Волнуясь, запинаясь, пролепетала: «Никакой Вали я не знаю. Кто к нам в эту конуру будет ходить? Сами только подумайте. Посмотрите, как мы живем». Фашисты провели тщательный обыск в квартире и, ничего не обнаружив, ушли.
А вечером 8 июня Варваре Иосифовне сообщили из лагеря военнопленных, что шесть человек были пойманы и их вернули в лагерь. Она знала, где жили Валя и ее семья, а также с кем она отправилась в партизанский отряд. Но молчала во имя всего святого. Варвара Иосифовна безутешно плакала: ведь так просила беглецов план-схему побега с собой не брать, запомнить ее и двигаться по памяти в партизанский отряд.
Она пришла в криминальную полицию узнать, что с Верой. Ей ответили, что ее дочь - политическая заключенная, и из тюрьмы ей не выйти. Потрясенная горем, мать пошла на встречу к подпольщику Михаилу Никитовичу Карпуку. Он ее познакомил с подпольщицей Верой (видимо, это была Устинова), работавшей в тюрьме. В ее обязанности входило выводить из тюрьмы женщин на работу в город для уборки квартир немецких офицеров.
С помощью Веры-подпольщицы Варвара Иосифовна носила дочери передачи, получала от нее записки. Встречи с дочерью ей не разрешали. Более двух недель Вера Кравцова подвергалась пыткам, допросам, издевательствам в тюрьме. В последней записке, которую получила Варвара Иосифовна после состоявшейся очной ставки Веры с военнопленными, дочь написала:
«Мама! Я больше Вас не увижу. Была организована очная ставка с ребятами. Немцы им обещали сохранить жизнь. Пусть они живут, а я умру. Мама, не плачьте! Берегите Надю! Она еще мала! Я не запятнала комсомольское звание. Я умираю за Родину. Пусть моя комсомольская честная кровь обагрит нашу Советскую землю! Мама, я не одинока. Я никого не выдам. Жалко твоих переживаний. Жаль, что не узнаю, что с папой, жив ли он будет после окончания войны. Мама, сохрани мои фотокарточки. Они будут тебе помогать. Нас Родина не забудет, вспомнят и товарищи. Прощайте, мама и сестра Надя.
Если будет живой папа, то передай ему дочерний привет и скажи, пусть не забывает меня. Письма не сохраняй!
И еще одно, не знаю, что с Валей, перебралась ли она с Шибаевым...»
Фашисты в ночь с 22 на 23 июня 1943 г. расстреляли Веру Кравцову. Казнили и шестерых военнопленных.

Гребёнкина А.А.,
кандидат исторических наук, доцент.
РУП «Издательство «Беларусь», 2008.

Живая боль
Женщины и дети Брестского гарнизона

http://www.fire-of-war.ru/Brest-fortress/p1350.htm

По Гребенкиной получается, что в "Красных казармах" советские военнопленные находились уже осенью 1941г. и минимум, до  конца июня 1943г....
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail
Выводом советских военнопленных занималось несколько комсомольских групп: Татьяны Новиковой, Надежды Бобковой, Веры Кравцовой и Вали Бубновой.
Дочери командиров 17-летние комсомолки В. Кравцова и В. Бубнова начали подпольную работу в ноябре 1941 г. С самого начала девушкам поручали вести политическую работу среди военнопленных, склонять их к уходу в партизанские отряды. Вера была общительной девушкой, прекрасным товарищем, уберегала членов своей группы от опасности.
Поздней осенью 1941 г. Вера Кравцова и Валя Бубнова за передачу махорки военнопленным были арестованы полицаями. В течение четырех часов девушек допрашивали. Они утверждали, что не знали о том, что контактировать с советскими военнопленными нельзя, обещали подобного больше не допускать. После ареста они стали осторожнее, соблюдали конспирацию. Устроились работать уборщицами в баню на железнодорожном вокзале станции Брест-Центральный.
Семья подпольщиц Кравцовых - мать Варвара Иосифовна и ее дочери - старшая Вера и младшая Надежда - жили по ул. К. Маркса. Недалеко от них по ул. Буденного жила Валя Бубнова. Несколько раз девушкам удавалось организовывать побеги военнопленных из лагеря. До августа 1942 г. их работой руководила Р.С. Радкевич. С одной из групп военнопленных встречалась Роза Степановна, другую инструктировал Г.К. Банников. Руководители побегов подтверждали готовность уйти в партизанский отряд. Военнопленным называли дату прибытия связного из отряда. Группу, примерно 15 человек, выводил на торфозавод Тельмы Иван Иванов, а дальше по маршруту деревни Закий - Антоново - Черняны уводили другие связные.
Всех военнопленных, готовившихся уйти к партизанам, комсомольцы снабжали оружием, боеприпасами и медикаментами. В начале лета 1943 г. Кравцова и Бубнова вывели из города 35 военнопленных. Вышли они по подземному подкопу из барака за территорию лагеря. Надзирателей из внутренней охраны барака организатор побега напоил водкой, которую ему вручили девушки. Через подземный проход протянули шнур. И когда с внешней стороны здания надзиратель уходил в сторону, один из пленных дергал, за веревку. В это время выходил на свободу очередной пленный. После этого небольшими группами связные переправляли спасенных в лес через реку Мухавец, в обход моста.
Последний побег военнопленных Кравцова и Бубнова осуществили в ночь с 5 на 6 июня 1943 г. Военнопленные находились в лагере, который располагался в двух казармах, недалеко от Северных ворот Брестской крепости. Из лагеря военнопленных десятками выводили под охраной в город на строительные работы. Они рыли траншеи, укладывали трубы, устанавливали телеграфные столбы, чинили печи (отопление везде было печное). Работали они во дворах улиц К. Маркса, Стахановской, Буденного. Много военнопленных трудилось на железной дороге.
Девушки изучали условия их работы, охрану. Когда полицейских рядом не было, они подходили к военнопленным, разговаривали, узнавали их настроения, приносили нехитрую еду, табак. Некоторым удавалось иногда заходить в квартиры девушек, чтобы поговорить без свидетелей. На квартире у Кравцовых были Т. Игнатов, Н. Шаповалов, П. Шибаев.
Девушки подготовили план побега. Им помогали Зоя Прохорова и Валентина Зенкина (Сачковская). Предполагалось переправить в партизанский отряд группу военнопленных из семнадцати человек. План выхода из города передала руководителю группы военнопленных Валя Зенкина в присутствии матери Веры Кравцовой, Варвары Иосифовны, которая также участвовала в обсуждении вопроса выхода военнопленных из города.
Погода была хорошая. Группа из семнадцати военнопленных благополучно вышла из лагеря: убрали часового, перерезали проволочные заграждения. Выходили по одному. Командовал операцией Тимофей Андреевич Игнатов. Немцы не сразу обнаружили побег. Десять человек своевременно переплыли Мухавец. И, выполняя все указания подпольщиков, дошли до партизанских отрядов имени Чернака и имени Фрунзе. В их числе были Н. Шаповалов, С. Возников, В. Сергеев, К. Чернов, И. Анкуров, Т. Костромовский.
Семь человек не успели своевременно переправиться через реку, заблудились во ржи. Начался рассвет. И 6 июня, в воскресенье, они замаскировались в парке (ныне парк имени Иконникова), недалеко от реки Мухавец. Пролежали там весь день. Петр Шибаев, знавший адрес квартиры подпольщицы Зои Соломоновны Прохоровой, пришел к ней. . Прохорова рано утром пришла к Кравцовым и сообщила, что ночью у нее был один из военнопленных. Она впустила его в сарай, накормила. Он просил пригласить к нему Веру или Валю. Вера Кравцова растерялась: такой исход планом не предусматривался. Посоветовались и решили сообщить об этом Г. Банникову. К Григорию пошла Варвара Иосифовна, но он не знал, чем можно помочь.
Снова дома держали совет. Решили военнопленного переодеть, переправить в безопасное место и вывести из города. Так и сделали, и вечером 7 июня Валя Бубнова, Зоя Соломоновна и Вера проводили спасенного военнопленного. Шли по ул. Ленина до реки Мухавец. Там их ожидала лодка (об этом подпольщицы позаботились заранее). Военнопленный танкист и Валя сели в лодку, Вера и Зоя Соломоновна вернулись домой.
Остальные шестеро военнопленных переплыли Мухавец в ночь с 6 на 7 июня. Голодные и уставшие, они решили отдохнуть. Залегли в кустах недалеко от Южного городка. Там их и обнаружили фашисты. Обыскали, нашли план побега и записку Вали Бубновой к партизанам.
Вечером 7 июня к Кравцовым пришла женщина, работавшая в немецкой лагерной столовой, и сообщила, что фашисты схватили шестерых беглецов из лагеря и что при них были план и записка за подписью «Валя».
8 июня в 7 часов утра Вера Кравцова пришла с работы с девочкой-подростком и узнала о случившемся. В 7 часов 30 минут вышла ее проводить. По дороге была арестована и увезена в СД. Вера просила знакомую не говорить матери об аресте, но та не выдержала и в одиннадцатом часу дня пришла к Варваре Иосифовне и рассказала об этом. Мать растерялась, не знала, что предпринять, чтобы спасти дочь.
Вскоре в квартиру ворвались два фашиста из СД. «Вы мать Кравцовой?» - выкрикнули еще с порога. «Да», - ответила Варвара Иосифовна. «Если скажете, где Валя, то отпустим вашу дочь», - услышала она. Волнуясь, запинаясь, пролепетала: «Никакой Вали я не знаю. Кто к нам в эту конуру будет ходить? Сами только подумайте. Посмотрите, как мы живем». Фашисты провели тщательный обыск в квартире и, ничего не обнаружив, ушли.
А вечером 8 июня Варваре Иосифовне сообщили из лагеря военнопленных, что шесть человек были пойманы и их вернули в лагерь. Она знала, где жили Валя и ее семья, а также с кем она отправилась в партизанский отряд. Но молчала во имя всего святого. Варвара Иосифовна безутешно плакала: ведь так просила беглецов план-схему побега с собой не брать, запомнить ее и двигаться по памяти в партизанский отряд.
Она пришла в криминальную полицию узнать, что с Верой. Ей ответили, что ее дочь - политическая заключенная, и из тюрьмы ей не выйти. Потрясенная горем, мать пошла на встречу к подпольщику Михаилу Никитовичу Карпуку. Он ее познакомил с подпольщицей Верой (видимо, это была Устинова), работавшей в тюрьме. В ее обязанности входило выводить из тюрьмы женщин на работу в город для уборки квартир немецких офицеров.
С помощью Веры-подпольщицы Варвара Иосифовна носила дочери передачи, получала от нее записки. Встречи с дочерью ей не разрешали. Более двух недель Вера Кравцова подвергалась пыткам, допросам, издевательствам в тюрьме. В последней записке, которую получила Варвара Иосифовна после состоявшейся очной ставки Веры с военнопленными, дочь написала:
«Мама! Я больше Вас не увижу. Была организована очная ставка с ребятами. Немцы им обещали сохранить жизнь. Пусть они живут, а я умру. Мама, не плачьте! Берегите Надю! Она еще мала! Я не запятнала комсомольское звание. Я умираю за Родину. Пусть моя комсомольская честная кровь обагрит нашу Советскую землю! Мама, я не одинока. Я никого не выдам. Жалко твоих переживаний. Жаль, что не узнаю, что с папой, жив ли он будет после окончания войны. Мама, сохрани мои фотокарточки. Они будут тебе помогать. Нас Родина не забудет, вспомнят и товарищи. Прощайте, мама и сестра Надя.
Если будет живой папа, то передай ему дочерний привет и скажи, пусть не забывает меня. Письма не сохраняй!
И еще одно, не знаю, что с Валей, перебралась ли она с Шибаевым...»
Фашисты в ночь с 22 на 23 июня 1943 г. расстреляли Веру Кравцову. Казнили и шестерых военнопленных.

Гребёнкина А.А.,
кандидат исторических наук, доцент.
РУП «Издательство «Беларусь», 2008.

Живая боль
Женщины и дети Брестского гарнизона

http://www.fire-of-war.ru/Brest-fortress/p1350.htm

По Гребенкиной получается, что в "Красных казармах" советские военнопленные находились уже осенью 1941г. и минимум, до  конца июня 1943г....

Не получилось отредактировать свое предыдущее сообщение...
Вместе с тем допускаю, что В материалах Гребенкиной имеются ввиду не один, а несколько Брестских лагерей советских военнопленных, поэтому дата "ноябрь 1941г". остается открытой применительно к лагерю "Красные казармы". Но то что Красные казармы функционировали  и в июне 1943г. - очевидно. Т.е. лагерь к июню 1943 года еще не был перепрофилирован для размещения гражданских лиц. Значит запись на памятнике погибшим советским военнопленным, согласно которой лагерь в "Красных казармах" существовал до декабря 1942г., - не верна.
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail
272056505
Информация о военнопленном
Фамилия   Герасенчук   
Имя   Александр   
Отчество   Андреевич   
Дата рождения/Возраст   25.09.1922   
Место рождения   Красноярский край, г. Красноярск   
Лагерный номер   42417   
Дата пленения   17.05.1944   
Место пленения   Гродно   
Лагерь   дулаг 314   
Судьба   передан гестапо/СД   
Последнее место службы   18 дальнебомб. ав. полк   
Воинское звание   мл. лейтенант   
Название источника информации   ЦАМО   
Номер фонда источника информации   Картотека военнопленных офицеров
http://obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272056504&id1=a4e6eb98c689462138ac112c6ee4b2b7&path=Z/013/19/191220.jpg
http://obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272056506&id1=1e922bcfb72b38b24d436912d8dfc5b4&path=Z/013/19/191220_1.j

В плен попал 17.05.44г. под Гродно. Находился в Дулаге (шталаге?) 314  Brest\Bug...
Т.е. и в 1944 году дулаг 314 в Бресте был, и в нем содержались советские военнопленные (офицеры)...
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Adv1seR

  • Модератор
  • Постоянный участник проекта
  • Сообщений: 4623
    • E-mail
272056505
Информация о военнопленном
Фамилия   Герасенчук   
Имя   Александр   
Отчество   Андреевич   
Дата рождения/Возраст   25.09.1922   
Место рождения   Красноярский край, г. Красноярск   
Лагерный номер   42417   
Дата пленения   17.05.1944   
Место пленения   Гродно   
Лагерь   дулаг 314   
Судьба   передан гестапо/СД   
Последнее место службы   18 дальнебомб. ав. полк   
Воинское звание   мл. лейтенант   
Название источника информации   ЦАМО   
Номер фонда источника информации   Картотека военнопленных офицеров
http://obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272056504&id1=a4e6eb98c689462138ac112c6ee4b2b7&path=Z/013/19/191220.jpg
http://obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272056506&id1=1e922bcfb72b38b24d436912d8dfc5b4&path=Z/013/19/191220_1.j

В плен попал 17.05.44г. под Гродно. Находился в Дулаге (шталаге?) 314  Brest\Bug...
Т.е. и в 1944 году дулаг 314 в Бресте был, и в нем содержались советские военнопленные (офицеры)...

По дате закрытия - вполне может оказаться, что упомянутый дулаг просуществовал в Бресте до июля 1944г. и был "свернут" непосредственно перед освобождением города частями КА. А вот по дате его "открытия" в Бресте пока ооочень большой вопрос.

Кроме Герасенчука не попадались подобные записи о переводе из/в Брест? Там вроде 94 записи всего по ОБД, привязанных к номеру лагеря. Было бы неплохо по ним выстроить какую-то систему

P.S. тут получается к сожалению такая же история, как с основной темой БК. Мемуарные источники не выдерживают никакой критики, в т.ч. и те, что легли в основу текстов для книги "Памяць". Нужно дальше смотреть оригинальные документы...


Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail

Кроме Герасенчука не попадались подобные записи о переводе из/в Брест? Там вроде 94 записи всего по ОБД, привязанных к номеру лагеря. Было бы неплохо по ним выстроить какую-то систему.

А система там такова: лагерь № 314 проходит без связки с Брестом, и главным образом - по 1944 году. Но в качестве места нахождения лагеря  под таким номером упоминается и Лида...

А здесь:
http://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=301033392&id1=b88c7052f796e431a94dc421b318bc7d&path=SVS/004/058-0977924-0277/00000181.jpg
http://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=301033394&id1=56248c21040d9e6138c9780d6afb3c2c&path=SVS/004/058-0977924-0277/00000182.jpg

Упомянут Брест (конец 1941-начало 1942гг).
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Аркадий1946

  • Участник проекта
  • Сообщений: 306
    • E-mail
272144945
Информация о военнопленном
Фамилия   Карпалов   
Имя   Василий   
Отчество   Павлович   
Дата рождения/Возраст   26.01.1917   
Место рождения   Татарская АССР, г. Казань   
Лагерный номер   11912   
Дата пленения   04.08.1941   
Место пленения   Подвысокое   
Лагерь   офлаг XIII D (62)   
Судьба   погиб в плену   
Последнее место службы   25 СП   
Воинское звание   мл. лейтенант   
Дата смерти   10.07.1943   
Название источника информации   ЦАМО   
Номер фонда источника информации   Картотека военнопленных офицеров
http://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272144944&id1=70a1b3f9f8be18802afece4a1c7ffaa4&path=Z/013/120/1201276.jpg
http://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=272144946&id1=8ffd97a05642c3949061e21a04a157d1&path=Z/013/120/1201276_1.jpg

март 1942г. - Брест-Литовск
Буду благодарен за любую информацию о врачах лазаретов "Южный" Брест-Литовска и о врачах фроншталага 307 под Бяла-Подляска и в самой Бяла-Подляске. Спасибо!

Оффлайн Adv1seR

  • Модератор
  • Постоянный участник проекта
  • Сообщений: 4623
    • E-mail
По промежуточным результатам "работы с документами" )) В общем тему ждет переименование и корректировка сроков действия лагеря.
Потихоньку подбираемся к реальным датам функционирования данного лагеря именно в Бресте.
И скорее всего все время своего существования там он и назывался Дулаг 314, естественно без всяких народных названий. Кстати, как отличить брестско-речицкие "красные казармы" от Бяла Подляски? А по источникам. Немцы ни разу не называли лагерь в Бресте "красными казармами", по крайней мере из всей массы просмотренных документов пока такое не попадалось. Такое название встречается только в советских воспоминаниях, причем у тех, кто непосредственно в лагере не находился (а иначе как можно не знать его номер и правильное название?). 
А вот по лазарету в г.Бяла Подляска - изначально Rote Kaserne это именно немецкое название, встречающееся в документах, которое также приводится в некоторых воспоминаниях выживших узников и врачей.   

Соответственно для данной темы название должно быть примерно таким: Дулаг 314 (Брест - д. Речица,1942-44).
По закрытию пока крайними подтвержденными  датами можно считать июнь 1944 (карточка Герасенчука), по открытию - не ранее 1942г.

В немецких документах первые упоминания о Дулаг 314 встречаются в конце августа 1941г. в контексте его развертывания/организации в г. Бобруйск. Далее есть подтвержденные документами сведения о размещении данного лагеря до февраля 1942г. в других местах. Дальше пока не успел посмотреть.